?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Хостел.
maksim1023



Было время, когда мне пришлось пожить и поработать с армянами. Ну, а где армяне, как не оказаться там бутылочке хорошего армянского коньяка, ёмкости с русской водкой, вином и удивительным столом, уставленным весьма непривычными явствами, непременно с зеленью, перцем, помидорами, мясом… А где застолье в выходной, там и тосты, ведь не пьянки ради собираются люди вместе тесным кружком.В то время я горел. Во всяком случае, мне так казалось. Душою – за Родину. И тосты ставших мне в тяжелом совместном труде товарищами армян, произносимые предельно искренне, с душою, а некоторые и вовсе исполненные пафоса (это когда речь заходила о приближающемся столетии геноцида) ВСЕ, без единого исключения, вертелись вокруг семейного счастья. Малого семейного счастья. Благополучия. Комфорта. Даже тема воссоединенной Армении свелась к возможности потреблять настоящий «Арарат», как символ престижа и доказательство сложившегося социального благополучия.
С ними мы строили дом. Большой и предельно респектабельный снаружи и совершенно бестолковый внутри. Этакий дворец на пятачке земли, огороженный высоким и дорогущим забором. Там было холодно. Самое лучшее помещение – строительная бытовка: её можно было прогреть. Впрочем, во дворце было просторно. И спать можно было на простоте. В любом месте постелить себе пенопласта и …

А ныне … нет, вовсе не судьба, просто не вполне осознанный выбор, завел  нас в хостел. Хостел – это место, навроде гостиницы, где можно недорого переночевать. Снять койко-место. В Москве это от 200 рублей в сутки. Если койка в номере на 14 человек. Если оплатить за квартал вперёд. За несколько человек. В комнатке на 8 человек имеется примерно 30 (тридцать) кубометров пространства (3*4,5*2,2м). СниП предусматривает в аудитории, где люди сидят (не проявляя физической активности) от 20 до 40 кубометров воздуха на каждого человека в час. В комнатке хостела есть окно, телевизор и холодильник. Гвоздиков (крючков), вбитых в стену по числу плановых постояльцев, место под кроватью для вещей, столик, табуретку, подставку под зомбоящик. На этаже расположено одиннадцать номеров (на 102 человека), для которых есть три туалета с унитазом и раковиной, примерно 1,3*0,9м (попробуйте разместиться, это весьма увлекательное занятие), микроволновка, бак-кипятильник на 15 литров, мощностью полтора киловатта (вскипает за полтора часа). Бельё можно постирать и даже высушить за 250р в стиральном агрегате, воспользовавшись собственным порошком. На два таких этажа есть кухня, в которой имеется нержавеющая мойка, полуторакиловатный бойлер на 50 литров (и кто скажет, что горячей воды в хостеле нет?), две плиты по 4 конфорки, из которых половина точно работает. На два корпуса (400 человек) есть мужской душ на 6 леек и женский на 4. К каждому душу полагается бойлер на 50л, мощностью аж 2 киловатта каждый. Бельё меняют. Каждые 10 дней. Строжайше запрещено пить, курить, пребывать навеселе и стирать свои носки (пользуйтесь стиральной машиной!), пользоваться в комнатах чайниками и плитками, оставлять за собою грязь и портить казённое имущество.  Господа предприниматели, устроившие понаехавшим такое недорогое счастье, уверены, что господа постояльцы есть люди вменяемые и вполне осознают необходимость мер по поддержанию порядка. Посему их вниманию предлагаются объявления с описанием штрафных санкций за всеразличные нарушения режима. Система вышла удобная: за каждый проступок – штраф с постояльца. За оставленные ценные вещи и деньги администрация ответственности не несёт. Не нравятся условия – вали, вот – дверь, вот – порог. Отдельного описания заслуживают сотрудники заведения, проживающие в этом же заведении, от комендантши (семь дней – семь одёжек, норковая шубка для дресс-кода и т.п.), «охранников» и уборщицы.

Работы в столице – навалом. За 1 000 р/смена. За 12-14 часовой рабочий день можно заработать 1,5-2 тыра. За ответственную работу, к примеру, монтаж сложной и большой вентиляционной установки, можно срубить тысячи три в двенадцатичасовую смену. Если повезёт с проектировщиком и поставщик оборудования, если  автоматику пропишут по-чесноку, без подвохов и подводных камней. Если удастся её запустить. С подогревом, увлажнением и охлаждением. Кстати, насчёт вредных и опасных условий труда. Работодатель не жмётся на средства индивидуальной защиты и прочую безопасность. Но прорабы не стесняются пошутить, проводя инструктаж, тезисом: «стройка вам не игрушки. Вы – люди взрослые. Инструкции у меня чёткие: случись что – в багажник и за МКАД».

Итог: 250 проживание, 250 – хавчик, если готовить самостоятельно. Предметы гигиены, постирушки, раз в неделю выезд куда-нибудь на метро или автобусе… короче, в 700 рублей в сутки можно вписаться по итогам месяца, если быть предельно аккуратным и довольствоваться холодной водой и очередями к мойке, лейке и белому другу. То, что заработал сверху, можешь копить. На билет домой, прокорм семьи, одежду и прочие удовольствия.
Дома ситуация с работой такая же, ничего в общем. С тою разницей, что заработок в 20 месячных тыров (22 смены) доступен не каждому. Лишь человеку СОЦИАЛИЗИРОВАННОМУ. С медсправкой, трудовой книжкой, заполненной небольшим количеством записей, само собою, не содержащих статейных оснований к увольнению. Не имеющим проблем с задолженностью государству, системе ЖКХ, банкам. Без судимостей и вредных привычек. До 35 лет.

Те, кто в Москве – дома, - живут. Неплохо, но завидовать нечему. Во-первых, теснота – страшная. Тесно везде: в транспорте, на улице, в домах, парках. Поликлиниках, присутственных местах и офисных центрах. Простор в одном лишь месте – в храмах шопинга. Стрёмно это. Во-вторых,  не могу представить себе человека, способного заработать почти честным путём лямов 7 на квартирку для одного или 12 – для крохотной семьишки, дабы задалось уютное семейное гнёздышко. В-третьих, москвичи – люди не без претензий. И вполне себе размышляют о том, чтобы сгонять на пару-тройку лет куда-нибудь в Ю-Су, дабы за пару-тройку лет  скопить пару сотен килогринов на какой-нито престижной работёнке в универе или в известной корпорации с мировым именем инженером, програмцом или сисадмином.  При сих разумениях не всегда учитывается, что код в американских компаниях уже пишется по указке индусов, что право работать без строжайшего и всепроникающего контроля имеют лишь гении с признанными заслугами, а жилье дешёво в гетто  цветных кварталов.

Надобно заметить, что обитатели «общежитий»  – люди вполне себе социализированные. Они НЕ бомжи. У них есть регистрация с бумажкой, офицер полиции за плечом. Что он там делает – другой вопрос, но факт абсолютный, что для смирных граждан есть только один. Офицер. За плечом. К ним даже может выехать скорая помощь: своими глазами видел, как стройная женщина в медхалате жалостливо качала головой, осматривая сломанную ногу бедолаги-поселенца. Как парняге кололи уколы, не видел. Гипса ему тоже не наложили: бог помилуй, как можно это сделать без снимка?! И уехала докторша с санитарами без пострадавшего. Но сие – мелочи, правда?!

Парни из моей бригады – не простые люди. Послужили. Поучаствовали. Им кувалдометром забили в мозг запрет думать. В сердце – запрет на Мечту. Запрет на общее Дело. Запрет на солидарность. Они – индивидуалисты. Рассчитывают оказаться самыми стремительными сусликами на поле, которое убирает комбайн, рассчитывают обмануть его, обвести вокруг пальца. И, ежели и не перехитрить комбайнёра, то уж, во всяком случае, проскочить. Между ножей косовища, вилок мотовила, зубов шнека, жвалов молотилки, способной вымолотить просовое семечко из метёлки. Они хотят только хорошего: выстроить дом, найти Любовь, посадить дерево и родить сына. И, само собою, дочку. Простого семейного счастья. Они подпишутся под каждым словом каждого тоста, возглашаемого армянами за праздничным столом. Их начинает тошнить, когда разговор заходит о судьбах мира и отечества. Они категорически не хотят обсуждать своё прошлое. Они – приверженцы справедливости. Они не доверяют Господу Богу, не верят политикам. Они  с упоением смотрят фильмы, транслируемые телеканалом СТС, в которых герои спасают мир, и бандюганы успешно грабят банкиров, шоу с ТНТ, по ходу которых индивидуальные ублюдки (типа Воли, Нагиева, Ревы) стебут долбанную нынешнюю жизнь. Они абсолютно уверены, что происходящее с ними сегодня, эта вахта – случайность. Временные трудности. Что все исправится. Наладится. Станет по-другому. Вот, сдадим объект, возьмём денег. Ребята погасят висящие на них долги, вернут взятые на утерянные или сломавшиеся уже айфоны кредиты. А там – будет другой объект. Будут другие деньги. И все наладится. Дом, любимая (и единственная) жена, сад, счастливые дети. Которых вовсе не ждёт ранний секс и дешёвый крокодил в дешевой школе, и уж, тем более, не ждут их ранний секс и дорогой героин в школе элитной. Они, эти пока не рожденные дети, конечно, будут смотреть телепузиков, смешариков и прочих «маш и медведей», и, без сомнения, телевизор будет играть в их судьбе важную положительную роль, ведь «кому это нужно – уничтожать моих детей, делая их слабыми инфантильными дебилами!!!».

Предел их мечтаний –«свечной заводик», который будет работать сам собою, не требовать вмешательства и приносить достойный доход. В крайнем случае – чапок на территории какого-нито действующего завода, откуда можно будет торговать спиртом в розлив, снабжая работяг доступным кайфом во время рабочего дня.

В казарме армейской в сравнении с хостелом – просторно, тепло и светло. В тюрьме и то – слегка просторнее. Чутка поменьше свободы, зато нет хлопот со жратвой и одежонкой.  Да семья с верной и единственной женой и детишками любящими проблематична.

Сказать про местных коллег худое – свершить грех лжесвидетельства. Милые, интеллигентные люди. Получают свои 30-40-50 (редко-редко у какого начальника стольник выходит) тыров, пользуются социальными льготами, ездят на общественном транспорте по годовому проездному (50 целковых в сутки обходится безлимитное по числу поездок удовольствие), дорожат карточками, поликлиниками, культурными центрами. Питаются в столовке по талончикам, рублей по 50 за обед. Иногда умудряются сдать квартиру умершей бабушки за 30-50 тысяч «молодой семье москвичей, можно с детьми». Ну, ворчат иногда. На начальство, власти, чиновьё. Мечтают обустроить ма –а-а-а-хонький такой бизнесок, ручеёчек отвести до тихой семейной заводи. Чтобы пусть не текло, так хоть бы и капало. По капельке.  «Квартирный вопрос». Посмотрел бы я на какого святого, который бы, несколькими семьями в трёшке проживая, по четверти века не могучи квартирного вопросу решить, умудрился бы сохранить в себе человека!

Морковка перед мордою осла манит животное, манит легкой, простой и доступной добычей. И ослик тянет свой возок 12-14 часового рабочего дня. Пробавляясь соломой, тесным стойлом в хлеву с гнилой соломенной крышей, редким спариванием. Водка и зрелища дают иллюзию утешения.

Свет маяка, манящий и зовущий к великой цели, люди (и обитатели ночлежек, и честные постояльцы хостелов, и коренные москвичи, и даже студенческая молодёжь) воспринимают как обманку. Кидняк. К тому же, каждому и очевидно, что идти на свет маяка придётся через те же ядовитые болота тесноты, через тот же дремучий первобытный лес, исполненный безнадеги и тьмы. При том, что в отличии от морковки, свет не пахнет. Не сулит ни сытости, ни довольства. Не обладает предельной ясностью.

Раз – случайность, два -  совпадение. Три – закономерность.  Четыре – образ жизни.

В связи с изложенным, у меня вопрос: твоя судьба – хостел?

  • 1
интересно написано

Да, просто АТАС, как в точку!
Иегудиил Хламида!

Одни ехидно скажут - "кто на что учился", другие - пожалеют. Мало кто жалует разговоры о "политике", а то рискуешь получить статус несерьезного чела.

Пользователь raasta сослался на вашу запись в своей записи «Хостел.» в контексте: [...] Оригинал взят у в Хостел. [...]

Так живут десятки миллионов.
Надеются встроиться в потребительскую эксплуатацию других. А когда понимают, лет в 40-50, что их потребительская мечта не исполнится никогда, что эксплуатируют именно их, морально и психологически ломаются и превращаются в слизь, с которой что угодно могут делать властные мерзавцы. Хоть поставить на край ямы и стрелять в затылок. Сопротивления не будет.

  • 1